Жизнь в современном обществе. Как перестать «заедать» стресс?



Жизнь в современном обществе тесно связана с высоким уровнем бытового и социального стресса. Сочетание стрессовых нагрузок с гиподинамичным образом жизни, также характерным для представителей современного общества, создает предпосылки к появлению избыточной массы тела и развитию ожирения.

Ожирение является одной из ведущих причин инвалидности и смертности во всем мире [1-3]. В Российской Федерации ожирением страдает почти 30% населения (26,9% мужчин и 30,8% женщин) [4, 5]. Ожирение, как хроническое рецидивирующее заболевание, является ведущим фактором риска сердечно-сосудистых заболеваний, сахарного диабета типа 2, онкологических заболеваний, неалкогольной жировой болезни печени, репродуктивных нарушений, обструктивных нарушений дыхания во сне, психических расстройств и многих других патологий [6, 7].

В 95% случаях причиной избыточной массы тела становятся особенности стиля жизни пациента и его пищевого поведения (ПП) [6]. Потребность в пище относится к базовым, она направлена на поддержание гомеостаза и получение энергии и пищевых нутриентов, необходимых для жизни. Тем не менее, пищевое поведение определяется не только потребностями организма, но и социально-культурными стереотипами. Пищевая потребность, будучи чисто биологической по своей природе, у человека является средством разрядки психоэмоционального напряжения, достижения чувственного наслаждения, инструментом общения, самоутверждения, поддержания определенных ритуалов, компенсации неудовлетворенных потребностей или получения награды или поощрения [8].

Нарушения ПП – психогенно обусловленные нарушения в приеме пищи, проявляющиеся в виде специфических поведенческих синдромов, отмечаются у 92% пациентов с ожирением. Чаще всего такие нарушения связаны с гипертрофированным увеличением рациона питания. Аддикция, развивающаяся на фоне различных конституционально-биологических и социально-психологических факторов, приводит к дисрегуляции пищевого центра и неадекватной стимуляции чувства голода [8, 9]. Расстройства пищевого поведения и нарушение регуляции аппетита резко снижают вероятность соблюдения пациентами мер по коррекции неправильного образа жизни, питания и введению физических нагрузок [10]. Таким образом, большинству пациентов требуется эффективная медикаментозная терапия не только и не столько для снижения массы тела, сколько для коррекции неправильного пищевого поведения (ПП).

Влияние стресса на пищевое поведение

Реакция на различные стрессы, которые сегодня в изобилии присутствуют в жизни человека, выступает в качестве одной из важнейших причин развития расстройств пищевого поведения и ожирения [11].

Формированию нарушений пищевого поведения нередко предшествует психотравмирующая ситуация, которая сопровождается развитием аффективного расстройства тревожного или депрессивного спектра. Гиперфагическая реакция (переедание) является способом снятия психоэмоционального напряжения, упрощенной поведенческой реакцией, дающей мнимое ощущение защиты и успокоения [11]. Стереотипное компенсирующее реагирование перееданием на ситуации психоэмоционального напряжения дает лишь кратковременное облегчение, но закрепляется в виде привычки. В дальнейшем, набор лишнего веса может стать причиной и вторичных депрессивных или тревожных расстройств, связанных с негативным восприятием своего внешнего вида и переживаниями по поводу своей беспомощности в контроле над приемами пищи [10].

Немаловажно, что стресс может способствовать развитию первичного ожирения не только за счет переедания, но и за счет злоупотребления алкогольными напитками и усугубления гиподинамии [11].

Исследователи доказали взаимосвязь между тяжестью течения депрессивных расстройств, выраженностью нарушения пищевого поведения и прогрессией ожирения [10, 12]. Нарушения пищевого поведения и психоэмоциональные расстройства приводят к набору веса, а прогрессия ожирения ухудшает настроение и психоэмоциональное состояние человека, усиливая и закрепляя расстройства пищевого поведения [13]. Подробное изучение феномена нарушения ПП, механизмов его формирования и закрепления, может помочь в выборе наиболее эффективной тактики лечения и профилактики набора веса у большинства пациентов с ожирением.

Типы пищевого поведения

Под пищевым поведением понимается ценностное отношение к пище и ее приему, включающее также индивидуальные установки, формы поведения, привычки и эмоции, касающиеся еды. ПП оценивается как гармоничное (адекватное) или девиантное (отклоняющееся) в зависимости от множества параметров, в частности – от места, которое занимает процесс приема пищи в иерархии ценностей человека, от количественных и качественных показателей питания [8].

На основании данных Голландского опросника пищевого поведения (The Dutch Eating Behavior Questionnaire, DEBQ) выделяют ограничительный, экстернальный и эмоциогенный тип девиантного аддиктивного пищевого поведения [1].

Ограничительное пищевое поведение (ОПП) характеризуется осознанным пониманием факта переедания и попытками пациента контролировать питание. Однако периоды самоограничения сменяются периодами гиперфагии с повторным интенсивным набором веса. Осознанность пациента, тем не менее, способствует меньшей частоте развития ожирения у пациентов с этим типом ПП и лучшему ответу на различные вмешательства по снижению веса [14].

Читайте також:  Чистый от псориаза

Для экстернального пищевого поведения (ЭксПП) свойственна повышенная реакция пациента не на внутренние гомеостатические стимулы к приему пищи, а на внешние стимулы: вид аппетитной еды, принимающий пищу человек, реклама пищевых продуктов и т.д. Практически у всех пациентов с ожирением в той или иной степени присутствует данный вид пищевого поведения [15, 16].

При эмоциогенном пищевом поведении (ЭмПП) стимулом к приему пищи становится не голод, а эмоциональный дискомфорт. ЭмПП ассоциирован как с высокой частотой развития ожирения (примерно 60% пациентов с ожирением имеют высокий балл по шкале ЭмПП), так и с худшим ответом на снижающие вес вмешательства, включая бариатрическую хирургию. Даже после снижения веса для данной категории пациентов характерен более частый и значимый его набор [1]. Примечательно, что в исследовании M.E. Tucker, опубликованном в 2022 г., у пациентов с ожирением и ЭмПП отмечался худший ответ на агонист рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (арГПП-1) лираглутид [17].

Чаще всего у пациента определяется сочетание нескольких типов ПП с преобладанием одного из них, поэтому при выборе терапии необходимо учитывать возможность препарата корригировать все типы пищевого поведения.

Проблема коррекции пищевого поведения и предпосылки перспективности серотонинергических препаратов

Характеристики ПП пациентов не являются константой и могут меняться в процессе терапии, направленной на снижение веса. Уменьшение количества баллов по тем типам ПП, которые ассоциированы с худшей потерей веса и удержанием потери (в большей степени, ЭмПП), может быть важным показателем эффективности проводимой терапии [10, 18]. Примечательно, что, например, для лираглутида не было показано статистически значимого влияния на характеристики пищевого поведения. Терапия лираглутидом в дозе 3,0 мг в сочетании с коррекцией образа жизни не привела к значимой динамике ограничительного, эмоциогенного и/или экстернального типов по Голландскому опроснику пищевого поведения (DEBQ) [19].

Коррекция эмоциогенного типа ПП представляет собой сложную задачу, т. к. в данном случае гиперфагия определяется эмоциональными стимулами и воздействовать на них возможно скорее с помощью психологических методик и препаратов, обладающих антидепрессивными, серотонинергическими свойствами. Высокая частота ЭмПП при ожирении стала причиной введения в международный стандарт лечения расстройств пищевого поведения когнитивно-поведенческой и внутриличностной терапии, которые, однако, в РФ не очень распространены и доступны [20, 21].

Одной из причин выраженной прибавки веса у пациентов с ЭмПП является дефицит серотонина и потребность в стимуляции его продукции. Потребление богатой легкоусвояемыми углеводами пищи вызывает повышение уровня глюкозы и гиперинсулинемию, которая, в свою очередь повышает проницаемость гематоэнцефалического барьера для триптофана и увеличивает его уровень в центральной нервной системе. Это ведет к усилению синтеза серотонина, нейромедиатора, участвующего в формировании и насыщения, и эмоционального комфорта. Именно поэтому пациенты с эмоциогенным ПП склонны заедать стресс «легкими» углеводами, что и является одной из основных причин прибавки веса. Таким образом, препараты с серотонинергической активностью могут показывать высокую эффективность у пациентов с ЭмПП [1].

Терапевтические возможности применения препарата Редуксин (сибутрамин) в отношении снижения веса

Являясь ингибитором обратного захвата серотонина, норадреналина и, в меньшей степени, дофамина в синапсах центральной нервной системы, сибутрамин ускоряет наступление чувства насыщения, значимо уменьшая поступление калорий с пищей. Кроме того, сибутрамин увеличивает энергозатраты организма за счет активации термогенеза, что в совокупности приводит к более эффективному снижению массы тела [23]. В 24-недельном рандомизированном плацебо-контролируемом исследовании было показано, что сибутрамин эффективен в снижении веса и коррекции нарушений пищевого поведения у пациентов с ожирением: препарат уменьшает чувство голода и нормализует чувство насыщения [22]. Отмечено также, что чем выше исходный ИМТ, тем более интенсивно будет идти снижение массы тела [24].

Наличие у сибутрамина адренергических эффектов ограничивает его использование у пациентов с неконтролируемой АГ (при АД выше 145/90 мм рт. ст.), ИБС, декомпенсацией хронической сердечной недостаточности, нарушением ритма сердца, цереброваскулярными заболеваниями и у пациентов старше 65 лет [25].

В перечень препаратов для снижения веса, зарегистрированных в РФ, входит Редуксин (сибутрамин + микрокристаллическая целлюлоза). В ходе масштабных исследований с участием почти 140 тысяч пациентов [24, 26-28] было показано, что препарат Редуксин способствует снижению веса за счёт эффективности в отношении коррекции пищевого поведения. Результаты исследований позволили сделать вывод, что использование Редуксина способствует достижению клинически значимого снижения массы тела: у 14,1% больных масса тела достигла нормальных значений, у 49,8% был снят диагноз «ожирение», у 23,5% удалось снизить выраженность ожирения, у 12,6% устранено морбидное ожирение, ассоциированное с более высокой частотой развития сопутствующих заболеваний, выраженным снижением качества жизни и смертностью [29].

Читайте також:  Определен напиток, расширяющий функциональные возможности мозга

Редуксин не только обеспечивает эффективное снижение массы тела, но и улучшает кардио-метаболические показатели. На фоне терапии достоверно улучшается состояние атерогенной дислипидемии и инсулинорезистентности: снижаются уровни гликированного гемоглобина, мочевой кислоты, триглицеридов, общего холестерина, липопротеидов низкой плотности и увеличивается содержание липидов высокой плотности [24].

Снижение массы тела привело к статистически значимому уменьшению частоты негативных переживаний больных. Отмечено повышение уровня эмоционального благополучия, активности и качества жизни пациентов в 1,8 раза [24, 26].

Эффективность коррекции нарушений пищевого поведения на фоне терапии препаратом Редуксин

Для оценки представленности различных типов ПП у пациентов с ожирением, влияния терапии Редуксином на динамику веса в группах с различными типами ПП, на качество жизни больных ожирением, на их приверженность к лечению, а также на динамику характеристик пищевого поведения и чувства голода/сытости, было предпринято исследование «Эффективность применения сибутрамина при различных типах нарушений пищевого поведения у пациентов с ожирением» [1].

Исследование подтвердило, что эмоциогенный тип нарушения ПП является одним из самых распространенных среди пациентов с ожирением: его распространенность среди участников составила 72,2%. Как известно, пациенты с эмоциогенным типом снижают вес значительно хуже, чем пациенты с другими типами ПП, однако, на фоне терапии Редуксином именно у таких пациентов снижение средней массы тела (сМТ), ИМТ, объема талии (ОТ), окружности бедер (ОБ), а также положительные изменения в результатах опросников, были статистически значимым [1].

На протяжении 6-месячной терапии препаратом Редуксин удалось улучшить качество жизни пациентов. Так, достоверно уменьшились чувство голода (–28,5%), желание есть (–38,1%) и объем потребляемой пищи (–22,3%), увеличилось чувство сытости (+41,3%).

Работа подтвердила, что терапия Редуксином эффективна в отношении всех типов нарушения ПП, при этом наиболее значимая динамика была отмечена при эмоциогенном типе нарушений ПП. Балл по шкале ЭмПП значимо снизился в процессе лечения, и уменьшение выраженности эмоциогенного компонента, несомненно, способствует повышению эффективности лечения.

Выводы

Стрессы современности оказывают самое негативное влияние на состояние организма, в том числе провоцируя развитие ожирения и, следовательно, увеличивая сопряженные с ним кардио-метаболические риски. Стресс нередко является стартовым звеном развития девиантных типов пищевого поведения, таким образом образуя патологический круг, включающий набор веса, стресс от невозможности контролировать ситуацию, дальнейшую гиперфагию и прогрессирование ожирения и его осложнений. Таким образом, выбор медикаментозной терапии должен учитывать возможности препарата не только в снижении веса, но и в коррекции пищевого поведения.

При ожирении наблюдается очень высокая частота развития практически всех типов нарушения ПП, однако самым распространенным является эмоциогенный тип. Эмоциональные и прочие проблемы, с которыми сталкиваются пациенты с ожирением, формируют новую пищевую доминанту эмоциогенного характера, которая временно помогает укрыться от проблем, но и в тоже время вызывают стойкую зависимость от нее. Терапия Редуксином в дозе 10 мг/сут в сочетании с гипокалорийным питанием обеспечивает эффективное снижение не только сМТ, ИМТ, ОТ, ОБ, но значимо улучшает субъективное отражение качества жизни пациента. Редуксин эффективен при любом типе нарушений ПП, но в наибольшей степени – при эмоциогенном. Обладая центральным механизмом регуляции аппетита, Редуксин помогает приспособиться к новому типу питания, справиться с заеданием негативных эмоций, скорректировать психоэмоциональные изменения при ожирении и выработать новую модель пищевого поведения, которая поможет не только снизить вес, но и сохранить достигнутый результат.

Литература

  1. Матвеев Г.А., Бабенко А.Ю. Эффективность применения сибутрамина при различных типах нарушений пищевого поведения у пациентов с ожирением. Медицинский совет. 2022;16(10):140–147. https://doi.org/10.21518/2079-701X-2022-16-10-140-147.
  2. Дедов И.И., Мокрышева Н.Г., Мельниченко Г.А., Трошина Е.А., Мазурина Н.В., Ершова Е.В. и др. Ожирение: клинические рекомендации. М.; 2020. Режим доступа: https://cr.minzdrav.gov.ru/schema/28_2. Dedov I.I., Mokrysheva N.G., Melnichenko G.A., Troshina E.A., Mazurina N.V., Ershova E.V. et al. Obesity: clinical guidelines. Moscow; 2020. (In Russ.) Available at: https://cr.minzdrav.gov.ru/schema/28_2.
  3. Hu F.B. Obesity and mortality: watch your waist, not just your weight. Arch Intern Med. 2007;167(9):875–876. https://doi.org/10.1001/archinte.167.9.875.
  4. Kontsevaya A., Shalnova S., Deev A., Breda J., Jewell J., Rakovac I. et al. Overweight and Obesity in the Russian Population: Prevalence in Adults and Association with Socioeconomic Parameters and Cardiovascular Risk Factors. Obes Facts. 2019;12(1):103–114. https://doi.org/10.1159/000493885.
  5. Меньшикова Л.В., Бабанская Е.Б. Половозрастная эпидемиология ожирения. Ожирение и метаболизм. 2018;15(2):17–22. https://doi.org/10.14341/omet8782.
  6. Фадеева Мария Игоревна, Савельева Лариса Викторовна, Голубкина Юлия Юрьевна, Морозова Елена Валерьевна, Моткова Светлана Игоревна Коррекция нарушений пищевого поведения у пациентов с ожирением // Эндокринология: Новости. Мнения. Обучение. 2018. №2 (23). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/korrektsiya-narusheniy-pischevogo-povedeniya-u-patsientov-s-ozhireniem (дата обращения: 15.11.2022).
  7. Ndumele C.E., Matsushita K., Lazo M., Bello N., Blumenthal R.S., Gerstenblith G. et al. Obesity and subtypes of incident cardiovascular disease. J Am Heart Assoc. 2016;28(5):e003921. https://doi.org/10.1161/ JAHA.116.003921
  8. Терапия пищевого поведения’; Малкина-Пых, И.Г.; Изд-во: Эксмо, 2007 г.; ISBN: 978-5-699-20742-8.
  9. Исаченкова О.А. Пищевое поведение как важный фактор развития ожирения и коморбидных с ним заболеваний // Ожирение и метаболизм. 2015. Т. 12, № 4. С. 14-17. doi: 10.14341/0МЕТ2015414-17
  10. Вознесенская Т.Г. Расстройства пищевого поведения при ожирении и их коррекция. Ожирение и метаболизм. 2004;1(2):2–6. https://doi. org/10.14341/2071-8713-4893. Voznesenskaya T.G. Eating disorders in obesity and their correction. Obesity and Metabolism. 2004;1(2):2–6. (In Russ.) https://doi.org/10.14341/2071-8713-4893.
  11. Шишкова В. Н. ОЖИРЕНИЕ В ЗЕРКАЛЕ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНЫХ НАРУШЕНИЙ: ФОКУС НА ФАРМАКОТЕРАПИЮ // Фармация и фармакология. 2022. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ozhirenie-v-zerkale-psihoemotsionalnyh-narusheniy-fokus-na-farmakoterapiyu (дата обращения: 15.11.2022).
  12. Sander J., Moessner M., Bauer S. Depression, Anxiety and Eating Disorder-Related Impairment: Moderators in Female Adolescents and Young Adults // Int. J. Environ. Res. Public. Health. — 2021. — Vol. 18, No.5. — Art. No.2779. DOI: 10.3390/ijerph18052779
  13. Dingemans A., Danner U., Parks M. Emotion regulation in binge eating disorder: A review // Nutrients. — 2017. -Vol. 9, No.11. — Art. No.1274. DOI: 10.3390/nu9111274.
  14. Beiseigel J.M., Nickols-Richardson S.M. Cognitive eating restraint scores are associated with body fatness but not with other measures of dieting in women. Appetite. 2004;43(1):47–53. https://doi.org/10.1016/j.appet.2004.02.002
  15. Дедов И.И., Мельниченко Г.А. (ред.) Ожирение: этиология, патогенез, клинические аспекты. М.: МИА; 2006. 456 с. Dedov I.I., Melnichenko G.A. (eds.) Obesity: etiology, pathogenesis, clinical aspects. Moscow: MIA; 2006. 456 p. (In Russ.)
  16. Корнеева Е.В., Трекина Н.Е., Мамина А.А. Влияние пищевого поведения и физической активности на развитие метаболического синдрома у молодого трудоспособного населения, длительно проживающего в условиях Крайнего Севера. Кардиоваскулярная терапия и профилактика. 2015;14(1):41–46. https://doi.org/10.15829/1728-8800-2015-1-41-46.
  17. Tucker M.E. Emotional Eating May Override GLP-1 Agonist Weight Loss Effect. Medscape Medical News. 2022. Available at: https://www.medscape.com/viewarticle/967667.
  18. Петунина Н.А., Тельнова М.Э., Гончарова Е.В., Мыринова О.А. Динамика психоэмоционального состояния у молодых мужчин с ожирением на фоне программы по снижению массы тела. Терапевтический архив. 2022;94(1):18–23. https://doi.org/10.26442/00403660.2022.01.201319.
  19. Логвинова О.В., Трошина Е.А. Влияние лираглутида 3,0 мг на характеристики пищевого поведения у пациентов с алиментарным ожирением. Медицинский совет. 2021;(7):156–164. https://doi.org/10.21518/2079-701X-2021-7-156-164.
  20. Bello N.T., Yeomans B.L. Safety of pharmacotherapy options for bulimia nervosa and binge eating disorder. Expert Opin Drug Saf. 2018;17(1):17–23. https://doi.org/10.1080/14740338.2018.1395854.
  21. de Jong M., Korrelboom K., van der Meer I., Deen M., Hoek H.W., Spinhoven P. Effectiveness of enhanced cognitive behavioral therapy (CBT-E) for eating disorders: study protocol for a randomized controlled trial. Trials. 2016;17(1):573. https://doi.org/10.1186/s13063-016-1716-3.
  22. Wilfley D.E., Crow S.J., Hudson J.I., Mitchell J.E., Berkowitz R.I., Blakesley V. et al. Efficacy of sibutramine for the treatment of binge eating disorder: a randomized multicenter placebo-controlled double-blind study. Am J Psychiatry. 2008;165(1):51–58. https://doi.org/10.1176/appi.ajp.2007.06121970
  23. Романцова Т.И. Сибутрамин: эффективность и безопасность применения в рутинной клинической практике // Ожирение и метаболизм. — 2015. — Т. 12, № 3. -C. 18-24. DOI: 10.14341/omet2015318-24.
  24. Дедов И.И., Мельниченко Г.А., Романцова Т.И. Стратегия управления ожирением: итоги Всероссийской наблюдательной программы «ПримаВера» // Ожирение и метаболизм. — 2016. — Т. 13, № 1. — C. 36-44. DOI: 10.14341/omet2016136-44.
  25. Галиева М.О., Ершова Е.В., Комшилова К.А. Сибутрамин: мифы и реальность. Ожирение и метаболизм. 2014;11(4):12–17. https://doi.org/10.14341/omet2014412-17
  26. Трошина Е.А., Мазурина Н.В., Галиева М.О. Создание стратегий лечения ожирения и коморбидных заболеваний на основе наблюдательных программ: промежуточные результаты Всероссийской наблюдательной программы ПримаВера. // Альманах клинической медицины. — 2015. — №S1. — С. 95-101
  27. Дедов И.И., Романцова Т.И., Шестакова М.В. Рациональный подход к терапии пациентов с СД2 и ожирением: итоги Всероссийской наблюдательной программы «АВРОРА». Ожирение и метаболизм. 2018;15(4):48-58. https://doi.org/10.14341/omet10076
  28. Аметов А.С. Отчет о программе весна. Эффективное лечение ожирения — путь борьбы с эпидемией diabetes mellitus // Эндокринология: Новости. Мнения. Обучение. 2013. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/otchet-o-programme-vesna-effektivnoe-lechenie-ozhireniya-put-borby-s-epidemiey-diabetes-mellitus (дата обращения: 30.11.2022).
  29. Логвинова О.В., Галиева М.О., Мазурина Н.В., Трошина Е.А. Место препаратов центрального действия в алгоритмах лечения экзогенно-конституционального ожирения. Ожирение и метаболизм. 2017;14(2):18-23. https://doi.org/10.14341/omet2017218-23
Читайте також:  Глава ВОЗ: ''Действуйте сейчас, чтобы остановить Omicron''

По теме: ( из рубрики Статьи )

Оставить отзыв

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*

три × 2 =

Top